Безнадёжное дело

В этом выпуске мы говорим об историях, которые помогают не сдаваться и делать свою работу на рубеже 2026 года. Для нас это футбол, документальный фильм «Экстремист» и Кэтрин Грэм, издательница The Washington Postво второй половине 20 века. Это разные сюжеты и разные контексты, но все они про выбор, ценности и право говорить.0:00 — Начало 1:28 — Политическая ситуация в США конца 1960-х – начала 1970-х: фон истории Кэтрин Грэм5:30 — Кто такая Кэтрин Грэм?6:12 — Вашингтон (DC) и отсутствие полноценного представительства в Конгрессе8:28 — От наследницы к лидеру12:46 — Чем закончилось президентство Ричарда Никсона16:05 — Футбол как пространство разговора о правах человека22:38 — Как политическая повестка проникает в жизнь людей через спорт26:04 — Фильм «Экстремист»: искусство как способ говорить🎬 Посмотреть фильм «Экстремист»:https://youtu.be/mmYbsjeY4Qo✉️ Написать письмо политзаключённому через проект «Весточка»:https://vestochka.ioПодписывайтесь на наш телеграм-канал — там можно оставить обратную связь:https://t.me/beznadeloНад выпуском работали:Звукорежиссёр — Андрей Белоцерковский (Instagram)Композитор — Никита Рассказов (Instagram)Иллюстраторка — Хадия Улумбекова (Instagram)

В финале сезона — разговор об устойчивости правозащитного сектора. Думают ли о ней сами правозащитники и остаются ли на это силы? Может ли «волонтёрская модель» стать будущим сектора, и как на устойчивость влияют разные формы легальности? А в конце — о судьбе самого подкаста: нужен ли второй сезон?На эти и другие вопросы отвечает Леонид Драбкин - правозащитник, бывший директор ОВД-Инфо, управленцем и консультант.Подписывайтесь на наш телеграм-канал — там можно оставить обратную связь.Над выпуском работали:Иллюстраторка — Хадия УлумбековаЗвукорежиссёр — Андрей БелоцерковскийКомпозитор — Никита Рассказов0:00 — Финал сезона1:47 — С момента начала нашего подкаста уже три известные правозащитные организации приостановили деятельность. Что это говорит об устойчивости сектора в целом?4:47 — Что мы вообще понимаем под устойчивостью?6:27 — Насколько состоятельна «волонтёрская модель»?8:19 — Удается ли правозащитным организациям сегодня работать над устойчивостью?12:50 — Получается ли у организаций перепридумывать себя, когда они понимают, что теряют актуальность?16:26 — Можно ли оставаться актуальными, не уходя в тень?18:00 — Возможно ли сегодня легально функционировать в России?19:22 — Как меняются принципы управления, если организация становится неформальной или распределённой?21:44 — Какие системные изменения ты бы предложил для выживания сектора?22:38 — ВНЕЗАПНО! Ведущие меняются местами, и кто же наш тайный гость?24:49 — Что мы поняли про правозащитные организации?27:00 — О чём мы изменили своё мнение?28:24 — Какие чувства вызывает у нас этот подкаст?31:45 — Нужен ли нам второй сезон, или пора заканчивать?

Как живут и работают правозащитники в стране, где закон не защита, а угроза? Как сегодня выглядит «стандартная безопасность» правозащитников, и хватает ли её? К кому обращаются за помощью те, кто обычно помогает другим? Как выглядит давление государства в правовом и внеправовом поле, и продолжается ли оно за пределами страны?На эти и другие вопросы отвечает Леонид Драбкин - правозащитник, бывший директор ОВД-Инфо, управленцем и консультант.Подписывайтесь на наш телеграм-канал — там можно оставить обратную связь.Если вам нравится наша обложка, и вы хотели бы себе такую же или другой визуал, то вам к Хадие Улумбековой!Над выпуском также работали:Звукорежиссёр — Андрей БелоцерковскийКомпозитор — Никита Рассказов0:00 — Начало1:38 — Как сегодня выглядит стандартный набор предосторожностей правозащитников?10:04 — Чья помощь нужна самим правозащитникам?12:55 — Насколько можно доверять своему психотерапевту, если ты - правозащитник?14:33 — Как сегодня выглядит преследование правозащитников?20:47 — Как выглядит преследование вне правового поля?23:57 — Все ли случаи взломов становятся известны общественности?25:05 — Удается ли государству усложнять жизнь тем, кто покинул его пределы, присваивая им неприятные статусы?28:34 — Как удается сохранять доверие внутри организации, когда существуют риски провокаций и внедрений?30:45 — Что происходит, когда преследуют твоего коллегу, а тебя пока нет?33:41 — Как меняется чувство дома, когда родина тебя преследует?

Мы говорим о людях, на чьих плечах держится правозащита. Можно ли вообще жить на зарплаты, которые сегодня платят в секторе? Являются ли низкие доходы барьером для прихода новых людей и подрывают ли они устойчивость тех, кто уже работает? Обсуждаем «синдром спасателя», переработки, ответственность работодателей за безопасность и редкие случаи премий с Лёней Драбкиным — правозащитником, бывшим директором ОВД-Инфо, управленцем и консультантом.Подписывайтесь на наш телеграм-канал — там можно оставить обратную связь.Если вам нужен крутой композитор, то вам к Никите Рассказову!Над выпуском также работали:Иллюстраторка — Хадия Улумбекова Звукорежиссёр — ⁠Андрей Белоцерковский⁠1:16 — Можно ли жить на зарплаты, что сейчас есть в правозащите?3:38 — Не являются ли низкие зарплаты барьером для найма лучшего таланта на рынке?6:50 — Не подрывают ли низкие зарплаты долгосрочное благополучие правозащитников?9:09 — Не страдает ли надёжность правозащитного сектора?10:45 — Вредит ли то, что в правозащите работает много людей с «синдромом спасателя»?13:16 — Что происходит с текучкой кадров?14:53 — Кейс Михаила Беньяша (ведущая исказила его мнение, за что приносит извинения): не стоит ли правозащитникам заняться собственным благополучием?17:35 — Как люди попадают в правозащиту?19:19 — Правозащитные организации при найме в первую очередь приоритизируют собственную безопасность. Хорошо ли это?22:35 — Есть ли премии?24:40 — Каково отношение к переработкам?27:42 — Много ли в правозащитном секторе нарциссов?28:50 — Какова ответственность организации перед своими сотрудниками в сфере безопасности?

Сколько денег реально доходит до тех, кто нуждается в помощи, а сколько «съедает» сама организация? Как принимаются решения, кому помогать? Когда разовая помощь превращается в системную? И как не скатываться в то, чтобы спасать сразу всех?Об этом мы говорим с Лёней Драбкиным — правозащитником, бывшим директором ОВД-Инфо, управленцем и консультантом. Подписывайтесь на наш ⁠телеграм-канал⁠ — там можно оставить обратную связь.Над выпуском также работали:Иллюстраторка — Хадия Улумбекова Звукорежиссёр — ⁠Андрей Белоцерковский⁠Композитор — Никита Рассказов01:28 — Сколько денег реально доходит до тех, кто нуждается в помощи, а сколько «съедает» сама организация?06:34 — Как организации проводят границу между необходимыми административными расходами и «раздутым аппаратом»?09:47 — Можно ли со стороны понять, тратит ли организация только на себя?11:20 — Почему не стоит донатить исключительно «напрямую»?13:41 — Как организации не скатываются в то, чтобы спасать сразу всех?17:37 — Кто решает, чью боль считать приоритетной?20:52 — В какой момент разовая помощь переходит в системную?23:05 — Как принимаются решения, на что тратить деньги?25:54 — Что делать, когда не удаётся влиять на ключевую метрику?28:28 — Есть ли в организациях механизмы внутреннего и внешнего контроля за качеством оказываемой помощи?31:16 — Существуют ли злоупотребления в этой сфере?32:37 — Какая обратная связь помогла тебе понять, что жизнь прожита не зря?

Кто на самом деле управляет правозащитой: грантодатели или сами правозащитники? Мы говорим о зависимости от грантов, конкуренции за деньги и о том, какие факторы решат судьбу правозащитных организаций в ближайшие годы.Подписывайтесь на наш ⁠телеграм-канал⁠ — там можно оставить обратную связь.Андрей Белоцерковский - наш замечательный звукорежиссер, пишите ему, если хотите свой крутой подкаст, или даже сайт!Над выпуском также работали:Иллюстраторка — Хадия Улумбекова Композитор — Никита Рассказов1:27 - Не превращают ли гранты правозащитников в подрядчиков?3:37 - Окологосударственные фонды - инструменты продвижения государственных интересов?6:36 - Как правозащитники определяют, у каких фондов деньги брать можно, а у каких - нельзя?9:45 - Может ли правозащитный сектор быть полностью суверенным? И должен ли?11:22 - Как не впасть в зависимость, если у тебя один большой донор?15:55 - Как сейчас выглядит конкуренция за гранты?19:45 - Как выглядит стандартный контракт на грант?22:00 - Что с рынком краудфандинга?24:50 - Какие факторы определят, кто выживет, а кто - нет?

Говорим про деньги в правозащите. Закрыли USAID, значит ли это, что скоро закроется и сам сектор? Откуда теперь берутся ресурсы, реально ли выжить только на волонтёрстве и почему до сих пор так много тайн вокруг того, откуда приходят и куда уходят деньги?Подписывайтесь на наш ⁠⁠телеграм-канал⁠ — там можно оставить обратную связь.Над выпуском работали:Иллюстраторка — ⁠Хадия Улумбекова⁠Звукорежиссёр — ⁠Андрей Белоцерковский⁠Композитор — ⁠Никита РассказовТаймкоды:0:50 — USAID закрыли полгода назад. Когда у правозащитников закончатся деньги?4:09 — Могут ли правозащитные организации быть исключительно волонтёрскими?8:50 — Много ли правозащитных проектов закрылось после 2022 года?10:00 — Как закрыть правозащитную организацию извне?11:00 — Откуда сегодня приходят ресурсы?17:43 — Можно ли выстроить финансирование организации без грантов?19:43 — Почему в секторе нет прозрачности — ни в том, откуда приходят деньги, ни в том, на что они идут?20:50 — На что стоит смотреть, принимая решение, отправлять ли донат организации?

Что сделала российская правозащита за последние три года и что ждёт её дальше? Какие «точки роста» остаются без внимания? Приходит ли в сектор «свежая кровь»? Защита цифровых прав — новое направление борьбы в ближайшем будущем? И наконец, правда ли, что правозащитники только и делают, что ездят по конференциям?Во втором выпуске подкаста «Безнадёжное дело» мы обсуждаем эти вопросы с Лёней Драбкиным, бывшим директором «ОВД-Инфо» — одного из самых известных правозащитных проектов в России.Подписывайтесь на наш ⁠телеграм-канал — там можно оставить обратную связь.Над выпуском работали:Иллюстраторка — Хадия УлумбековаЗвукорежиссёр — Андрей БелоцерковскийКомпозитор — Никита РассказовТаймкоды1:16 — не слишком ли много конференций посещают правозащитники?5:17 — какие успехи есть в защите прав россиян за последние 3 года?7:50 — почему правозащитная повестка вышла на первый план в новостях?8:45 — чего ждать от спецдокладчика ООН по России?12:25 — сотрудничество российских правозащитников с коллегами из других стран18:10 — «точки роста», которые остаются без внимания22:40 — что происходит с рекрутингом новых людей?25:10 — если бы эти три года можно было перепройти заново27:40 — каким будет правозащитный сектор через 5 лет?30:55 — сектор защиты цифровых прав32:19 — будет ли падать связанность правозащитного сообщества?33:33 — как изменится отношение общества к правозащитникам в ближайшие 5 лет?34:37 — как сегодня стать правозащитником?

После давления и репрессий многие российские правозащитные организации вынуждены были закрыться, переехать или полностью изменить формат работы. Живы ли они сегодня? Как им удаётся помогать людям в новых условиях? И что они сами чувствуют, работая в такой реальности?Об этом мы говорим с Лёней Драбкиным — бывшим директором «ОВД-Инфо», одного из самых известных правозащитных проектов в России.Подписывайтесь на наш ⁠телеграм-канал⁠ (там же можно написать нам обратную связь).Над подкастом работали:Иллюстраторка: ⁠⁠⁠Хадия Улумбекова ⁠⁠⁠Звукорежиссёр: ⁠Андрей Белоцерковский⁠ Композитор: ⁠Никита Рассказов

После многих лет давления и репрессий российские правозащитные организации вынуждены были закрыться, переехать или полностью изменить формат работы. Живы ли они сегодня? Как им удаётся помогать людям в новых условиях? И что они сами чувствуют, работая в такой реальности?Об этом мы говорим с Лёней Драбкиным — бывшим директором «ОВД-Инфо», одной из самых известных правозащитных инициатив в России.Подписывайтесь на наш тг-канал (там же можно написать нам обратную связь): Над подкастом работали:Иллюстраторка: Хадия Улумбекова Звукорежиссёр: Андрей Белоцерковский Композитор: Никита Рассказов